какой только хуйни пателевизору не наслушаешься. Ща только краем уши грел между делом РенТВ. Пётр 1 приехал и прочитал, что ваще никто расшифровать не мог. Русские самые всегда и повсеместно. От них всё произошло задолго до Мексики. И Калифорния была нашей (это правда 1 год Форт РОсс). Раньше ваще всё было русским. Германии разные, болгарцы, европцы. И Крым придумали в России, под занавес. )))))) Какую хуйню дуют вушы.
7 ноября, 2017.
Над Москвой вставало солнце. Красная Площадь была заполнена до отказа, но народ всё прибывал и прибывал на поездах по проложенным, для торжественного случая, путям прямо до Кремля. Казнили карликов. Ги Лалиберте, основатель цирка du Soleil нервно жевал губы и кусал ногти. В толпе, с БигМаком и стаканчиком КокаКолы, сновал Ленин, выспрашивая моб: куда делся Мавзолей? С ним фотографировались, просили автограф. Пока, кто-то не сказал, что все нелицензионные ларьки и сооружения в столице по указу Собянина снесли. Толпа ликовала. А Ленин сел на мостовую, съел бутерброд, запил коричневой водой, сытно рыгнул и заплакал. Мимо шли россияне с шарами, детьми и флагами. Некоторые бросали Ильичу в стаканчик мелочь. А некоторые и плевали ему на лысину.
ТОгда заказчик не платил денег, и можно было спорить. Сегодня журналист вынужден тупо отрабатывать тендер. Вон их сколько классных и настоящих на вольных хлебах таксистами работают с университетским образованием.
ГЛАВА 4
ДЕНЬ 2-ОЙ (страждущей похоти)
Чтобы мне, что-нибудь написать, в первую очередь требуется — удобное небольшое уютное помещение.
Очень много я пишу просто в машине, на руле, на обочине дороги, зимой.
Во-вторых: немаловажный фактор, это-музыка. Причем, какая музыка, такой и материал получается. Невозможно написать что-либо задорное под Dead Can Dance и задумчивое под старый Limp Bizkit, или лирическое под Мэрилина Мэнсона.
Любой клочок (желательно побольше) бумаги и ручка (которая всегда с собой).
Пиво! Мощный стимулятор связи с параллельными мирами, откуда и всё видно, что на планете творится. (Понесло, бля, аж споткнулся. Стемнело. Ничё не вижу уже. Пишу вслепую).
И лучик света, в-четвертых. Все время помню про него, но не знал когда вставить. Несет, знаете ли.
(18.44.18.Х.2003. Смог еще ёбанный, как в столице Великой Британии)
На предпоследний афоризм история:
Давно. Сидим огромной компанией после концерта, пьём портвейн, травим анекдоты. Кто-то рассказывает свежий тогда анек, как любовник выпрыгивает в окно и цепляется за подоконник. Всю ночь висит, руки затекли, уже собрался отцепицо и разбицо, вдруг дворник метёт и говорит: ноги подожмите, товарищ. )))
Все ржут. Один оператор команды Вова Шохин сидит с каменным литцом. И когда все просмеялись, он вполне серьёзно спрашивает: Нихуя себе, он чё так за ночь вытянулся?
Все легли от смеха заново. ))))))
Я давно мечтал описать, что мне снится. И вдруг случай подвернулся. Воспользовался. Не обессудь. ))))
+ Для меня сон ваще священный ритуал, которому я посвящаю (изв. за тавт) специально отведенное мной любое время. Разбудить меня в эти самые прекрасные моменты жизни, равносильно новому сценарию Тарантино. Убить Билла – мультиком покажецо.
Вспоминаюцо времена Хибарки и БЗ. (Большого забуха и подселения). Гарбачёв у власти, свобода слова. 6 утра. Я сплю. Тыдынь-тыдынь, тыдынь-тыдынь, тыдынь-тыдынь, тыдынь-тыдынь … — звонок. ПОДНИМАЮСЬ. Открываю дверь, стоит лепший кент Вовис (RIP). Он так и стоял, улыбаясь, пока весь квартал слушал мой мат. Когда я вновь набирал в грудь воздуха, Вовис просто сказал: «А я не один». Я сдул меха баяна. Из-за угла вынырнула заведомо предупреждённая тёлка, и они ушли пароцца в другую комнату. ))))
Из этого следует, что я максимально открыт. Меня нет всего 2 раза в этой жизни: Когда я сплю и смотрю Формулу-1. И премий мне за то не надо. )))))
— Что будем делать, нам же уже не надо в Новосибирск? – Ныло и ныло китайское Хуй-Ло.
— В N-ск нет, но мне-то пора валить в другие ебеня, — констатировал Риддик. – И без пуя мне никак теперь.
— А что будет со мной?
— С собой я тебя точно не возьму, мне твоя рожа претит. Останешься здесь. Обживёшься или сдохнешь. Нет …
Хуй-Ло в ожидании вытянул шею.
— Здохнешь. Что-то мне подсказывает, что сдохнешь с буквы «З» брутальней звучит. Не находишь? А я буду развивать события, — буркнул Риддик, достав заветный, от имама Абу Аль-Валида, талисман. Нажав на кнопочку сбоку, вытряхнул на стол капсулу. Подышал на неё, потёр указательным пальцем и, о, чудо! Капсула превратилась в брошюрку «Причины Космоса».
Риддик, читая мантры с Монмартра, пролистал книжонку спереди/назад и сзаду/наперёд. (3 раза). Хлопнул ей об стол, подняв кучу пыли.
— О, нет. – Прошептал он, когда пыль рассеялась. Имам обещал летающую тарелку, но вместо неё появился маленький квадратно-могильный зиккурат. Распахнулись воротики и выехал броневичок на макушке с Лениным.
— Матросы, товарищи, — понесло того, — приветствуя вас, я еще не знаю, верите ли вы всем посулам Временного правительства, но я твердо знаю, что, когда вам говорят сладкие речи, когда вам многое обещают — вас обманывают, как обманывают и весь русский народ. Народу нужен мир, народу нужен хлеб, народу нужна земля. А вам дают войну, голод, бесхлебье, на земле оставляют помещика…. Да здравствует всемирная социальная революция! О которой так долго говорили большевики, наконец-то свершилась! Что глаза выпучили? Я сам ахуел, когда узнал! »
Броневичок заехал обратно, воротики закрылись, мавзолей исчез. На столе лежала капсула.
— Не получилось? – Участливо заглянул в очки ВинДизиля Хуй-Ло.
*
Хутин Пуй, чтоб согреться, целые земные сутки долбил замёрзший сортир Уотто. Потом, налупившись внеземной пищи, крепко уснул.
Он не чувствовал, как Петрович за ногу оттащил его из сортира в тёплый модуль. Снились ему стерхи в небе, тигры в тайге, амфоры на дне и чернокожие рабы из Зимбабве, все как один, на Обаму похожие. И он их борет, борет, борет. А они не кончаются и не кончаются.
— ЗАЕБАЛИ!!! – Заорал Хуйло и проснулся. И чуть со страха не обосрался.
Рядом стояли Яйценюк, Парашенко и Лукашенко без Коли.
«ЧПОК.ЧПОК.ЧПОК.» — Литцо Пуя вновь обрело сытые формы, по причине фекальных заполнений организма от закупорки канализационного дупла.
— Петрович, почему я посрать не могу? – Снял он штаны.
— Скрепы, май фюрер, не дают.
— Какие в жопЕ могут быть скрепы?
— Сам провозгласил, — обиделся Медведов.
— Я, это, в СВОЕЙ стране провозглашал. А в моей жопе, какие скрепы могут быть?!!! Я срать хочу. Ну, сделай что-нибудь. Найди какой-нибудь скрепорастюлитель.
— Сейчас, босс, попробую.
*
Бросившись на поиски Хуйла Риддик, на ледяной планете, стоял у глиняного забора.
— Узбеков, что ли занесло? – Первое, что пришло на ум. Хотя, кто такие узбеки он не знал.
— Эй, хозяева! – Сломав забор, фурианец пошёл к станции. Тишина.
Достигнув золочёного крыльца, он выломал дверь и проник внутрь.
— Эй! – Крикнул Дизель.
— ПАШОЛНАХУЙ, ПАШОЛнахуй, пашолнахуй … — заметалось эхо.
«Точно узбеки», – пошёл напрополую Риддик, круша статуи и компьютеры, ларьки с шаурмой и лотки с канцтоварами.
В самом последнем зале он застыл в проломе от увиденного.
— Я нашёл тебя, Хуйло!
— Сварщик? НЕТ! Только не здесь! – Хутин Пуй, выпрыгнув из штанов, стремглав унёсся в ледяные пампасы. Сбывались предсказания цыганки.
У нас на хадильнеке висел задорный зелёный тряпишный кракадильчег. Не знаю откуда он там взялся, но был всегда. Высоко висел. Чем он привлёк Сабаку, тайна. Но она теперь ему проходу не даёт. Жырная, но допрыгивает и сдёргивает его играцца. Раз, сидел смотрел телевизор, она каг цепанула его, и мне чётко В ЛОБ!!! Я чуть не абассался сосмеху. )))))
На ледяной планете №6 в системе «UV», межгалактический преступник Риддик (Вин Дизель)* только что покончил с некромонгерами и, сидя на вершине трупов, проткнув крышечку из фольги, пил кефир из стеклянной бутылки. Как, с жутким свистом, внизу воткнулось в лёд нечто (Nothing).
Спустившись на фуникулёре с горы трупов, фурианец выдернул тушку из плена.
— Это не я!!! Это Говард Уткин!!! – завопило нечто, потирая обмороженные уши.
Риддик ёбнул им абасвальт.
— Я Хуй-Ло!!! Хуй-Ло. Слышишь?
— Mr. PUTIN? – Перевернул уёбище Риддик.
— Хуй-Ло, я. Мэйд ин Чина. Мао Дзе Дун, но пасаран!
ВинДизель не понимал по-китайски и по-русски, но прапутена слышал, что тот один из самых богатейших людей мира. А это был шанс построить совершенно-моднейший космолёт и скрыться в недрах других бескрайних галактик.
— Чё, дурак, штоли? – Китаец покрутил у виска пальцем. – Я китайская подделка, двойник. Я на Пуя даже не похож. Меня сам Сталин пиздил за это, а Уткин в космос запиздячил.
— А настоящее Хуйло где?
— Ну, где, где. Там. В новосибирском зоопарке. С юристом своим. Петровичем. Совсем историю не знаешь, бедолага.
— Идея. – Почесал лысую голову огромный фурианец. – Летим в Новосибирск. Я тебя меняю на живого Пуя, потом обратно. Как, тебя не должно тревожить. Потом – свободен.
— У меня есть выбор?
— Два. – Показал три пальца Риддик.
— А третий?
— Что третий?
— Выбор. Ты три пальца показал.
— Средний не сгибаецо.
— А как мы до Новосибирска доберёмся? – Хуй-Ло оглядел ледяные ландшафты планеты №6.
— На ракете до Земли, потом на автобусе или попутках.
— На какие шыши, ты же космический скиталец?
— Ща на планете ночь, ты с Пуем одно литцо, снимем в банкомате денег. Он не различит. А корабль от некромонгеров остался. Заправимся на газпромовской заправке и в путь.
Деньги сняли лишь с третьего, последнего раза. Сбербанк и ВТБ Хуй-Лу отказали. Выдал какой-то офшорный Буркина-Фасо банк, принадлежащий, видимо, самому пую. А вот на газпромовской заправке царило разочарование и разорение. Всё было покрыто льдом.
— И как мы теперь? – заглянул китаец в чёрные очки Риддика.
— Откуда я знаю. – Фурианец допил последнюю бутылку кефира. – Пошли спать. Утро вечера мудренее.
— А когда здесь наступит утро?
Риддик обслюнявил палец и поднял над головой.
— Да хуй знает. Я здесь впервые.
Ваще выперло между поздней поздравлялкой многоуважаемой КИС и рассказом о митинге в Чечне в fb. одновременно. Из ниаткуда. Ааа, нет, пижжу. Прапапугайчика перед этим было высоко перед сном снизошедши строка, осталось лишь другие буквы прилепить. С другой стороны мне произведение определенно нравится раскрытием … задумался … широкой палитрой истории, конфессий, фауны и йолки, в жизни – пихты, когда она стоит дома в стакане и в неё ежедневно льют и льют воду, и она стоит и стоит, и по вечерам мигает гирляндами, создавая праздник до 1 мая. Сменяясь потом на лозунги жены: Где деньги?
на ней нет священных оков,
вдоль изгородей, голая в поле,
Директор колхозных коров.
7 ноября, 2017.
Над Москвой вставало солнце. Красная Площадь была заполнена до отказа, но народ всё прибывал и прибывал на поездах по проложенным, для торжественного случая, путям прямо до Кремля. Казнили карликов. Ги Лалиберте, основатель цирка du Soleil нервно жевал губы и кусал ногти. В толпе, с БигМаком и стаканчиком КокаКолы, сновал Ленин, выспрашивая моб: куда делся Мавзолей? С ним фотографировались, просили автограф. Пока, кто-то не сказал, что все нелицензионные ларьки и сооружения в столице по указу Собянина снесли. Толпа ликовала. А Ленин сел на мостовую, съел бутерброд, запил коричневой водой, сытно рыгнул и заплакал. Мимо шли россияне с шарами, детьми и флагами. Некоторые бросали Ильичу в стаканчик мелочь. А некоторые и плевали ему на лысину.
ГЛАВА 4
ДЕНЬ 2-ОЙ (страждущей похоти)
Чтобы мне, что-нибудь написать, в первую очередь требуется — удобное небольшое уютное помещение.
Очень много я пишу просто в машине, на руле, на обочине дороги, зимой.
Во-вторых: немаловажный фактор, это-музыка. Причем, какая музыка, такой и материал получается. Невозможно написать что-либо задорное под Dead Can Dance и задумчивое под старый Limp Bizkit, или лирическое под Мэрилина Мэнсона.
Любой клочок (желательно побольше) бумаги и ручка (которая всегда с собой).
Пиво! Мощный стимулятор связи с параллельными мирами, откуда и всё видно, что на планете творится. (Понесло, бля, аж споткнулся. Стемнело. Ничё не вижу уже. Пишу вслепую).
И лучик света, в-четвертых. Все время помню про него, но не знал когда вставить. Несет, знаете ли.
(18.44.18.Х.2003. Смог еще ёбанный, как в столице Великой Британии)
Давно. Сидим огромной компанией после концерта, пьём портвейн, травим анекдоты. Кто-то рассказывает свежий тогда анек, как любовник выпрыгивает в окно и цепляется за подоконник. Всю ночь висит, руки затекли, уже собрался отцепицо и разбицо, вдруг дворник метёт и говорит: ноги подожмите, товарищ. )))
Все ржут. Один оператор команды Вова Шохин сидит с каменным литцом. И когда все просмеялись, он вполне серьёзно спрашивает: Нихуя себе, он чё так за ночь вытянулся?
Все легли от смеха заново. ))))))
Успела ещё до зари,
Постирать и развесить для сушки,
Свои и твои стринги, Пушкинд-Оглы.
)))))
+ Для меня сон ваще священный ритуал, которому я посвящаю (изв. за тавт) специально отведенное мной любое время. Разбудить меня в эти самые прекрасные моменты жизни, равносильно новому сценарию Тарантино. Убить Билла – мультиком покажецо.
Вспоминаюцо времена Хибарки и БЗ. (Большого забуха и подселения). Гарбачёв у власти, свобода слова. 6 утра. Я сплю. Тыдынь-тыдынь, тыдынь-тыдынь, тыдынь-тыдынь, тыдынь-тыдынь … — звонок. ПОДНИМАЮСЬ. Открываю дверь, стоит лепший кент Вовис (RIP). Он так и стоял, улыбаясь, пока весь квартал слушал мой мат. Когда я вновь набирал в грудь воздуха, Вовис просто сказал: «А я не один». Я сдул меха баяна. Из-за угла вынырнула заведомо предупреждённая тёлка, и они ушли пароцца в другую комнату. ))))
Из этого следует, что я максимально открыт. Меня нет всего 2 раза в этой жизни: Когда я сплю и смотрю Формулу-1. И премий мне за то не надо. )))))
Тыры/пыры трут сидят,
Вдруг закрыли небо тучи,
Прибежал сельчан отряд.
Конь-то быстро ноги сделал,
Пока Пуй одел штаны,
Застегнул, поправил чупчик,
Подтянулись мужыки.
Кто с косой, а кто с граблями,
С дрыном, с кольями, и так:
— Что ж ты делаешь, мудило?
— Дайте я ему в пятак … —
Йобнул самый АХУЕННЫЙ.
Путен замертво упал.
И пока лежал в раздумьях,
Всё, что не досрал – досрал.
От такой вонючей вони,
Разбежались кто куда,
Даже конь в дупло засунул,
Свою морду от стыда.
)))))
В лесу, в полях наоборот,
Там зайчика своей морковкой,
Ты на кукан не наебёшь.
Зайчонок знает, что весною,
Растает добрый снеговик,
И он отведает морковки,
Как старый, добрый большевик.
А академику Рамзану,
Три класса школы и Герой, —
Метилурациловые свечи,
Ректально лечит геморрой.
))))
— В N-ск нет, но мне-то пора валить в другие ебеня, — констатировал Риддик. – И без пуя мне никак теперь.
— А что будет со мной?
— С собой я тебя точно не возьму, мне твоя рожа претит. Останешься здесь. Обживёшься или сдохнешь. Нет …
Хуй-Ло в ожидании вытянул шею.
— Здохнешь. Что-то мне подсказывает, что сдохнешь с буквы «З» брутальней звучит. Не находишь? А я буду развивать события, — буркнул Риддик, достав заветный, от имама Абу Аль-Валида, талисман. Нажав на кнопочку сбоку, вытряхнул на стол капсулу. Подышал на неё, потёр указательным пальцем и, о, чудо! Капсула превратилась в брошюрку «Причины Космоса».
Риддик, читая мантры с Монмартра, пролистал книжонку спереди/назад и сзаду/наперёд. (3 раза). Хлопнул ей об стол, подняв кучу пыли.
— О, нет. – Прошептал он, когда пыль рассеялась. Имам обещал летающую тарелку, но вместо неё появился маленький квадратно-могильный зиккурат. Распахнулись воротики и выехал броневичок на макушке с Лениным.
— Матросы, товарищи, — понесло того, — приветствуя вас, я еще не знаю, верите ли вы всем посулам Временного правительства, но я твердо знаю, что, когда вам говорят сладкие речи, когда вам многое обещают — вас обманывают, как обманывают и весь русский народ. Народу нужен мир, народу нужен хлеб, народу нужна земля. А вам дают войну, голод, бесхлебье, на земле оставляют помещика…. Да здравствует всемирная социальная революция! О которой так долго говорили большевики, наконец-то свершилась! Что глаза выпучили? Я сам ахуел, когда узнал! »
Броневичок заехал обратно, воротики закрылись, мавзолей исчез. На столе лежала капсула.
— Не получилось? – Участливо заглянул в очки ВинДизиля Хуй-Ло.
(всего одна реклама про меня. Не пропустите.)
Your text to link...
*
Хутин Пуй, чтоб согреться, целые земные сутки долбил замёрзший сортир Уотто. Потом, налупившись внеземной пищи, крепко уснул.
Он не чувствовал, как Петрович за ногу оттащил его из сортира в тёплый модуль. Снились ему стерхи в небе, тигры в тайге, амфоры на дне и чернокожие рабы из Зимбабве, все как один, на Обаму похожие. И он их борет, борет, борет. А они не кончаются и не кончаются.
— ЗАЕБАЛИ!!! – Заорал Хуйло и проснулся. И чуть со страха не обосрался.
Рядом стояли Яйценюк, Парашенко и Лукашенко без Коли.
«ЧПОК.ЧПОК.ЧПОК.» — Литцо Пуя вновь обрело сытые формы, по причине фекальных заполнений организма от закупорки канализационного дупла.
— Петрович, почему я посрать не могу? – Снял он штаны.
— Скрепы, май фюрер, не дают.
— Какие в жопЕ могут быть скрепы?
— Сам провозгласил, — обиделся Медведов.
— Я, это, в СВОЕЙ стране провозглашал. А в моей жопе, какие скрепы могут быть?!!! Я срать хочу. Ну, сделай что-нибудь. Найди какой-нибудь скрепорастюлитель.
— Сейчас, босс, попробую.
*
Бросившись на поиски Хуйла Риддик, на ледяной планете, стоял у глиняного забора.
— Узбеков, что ли занесло? – Первое, что пришло на ум. Хотя, кто такие узбеки он не знал.
— Эй, хозяева! – Сломав забор, фурианец пошёл к станции. Тишина.
Достигнув золочёного крыльца, он выломал дверь и проник внутрь.
— Эй! – Крикнул Дизель.
— ПАШОЛНАХУЙ, ПАШОЛнахуй, пашолнахуй … — заметалось эхо.
«Точно узбеки», – пошёл напрополую Риддик, круша статуи и компьютеры, ларьки с шаурмой и лотки с канцтоварами.
В самом последнем зале он застыл в проломе от увиденного.
— Я нашёл тебя, Хуйло!
— Сварщик? НЕТ! Только не здесь! – Хутин Пуй, выпрыгнув из штанов, стремглав унёсся в ледяные пампасы. Сбывались предсказания цыганки.
Это я в новогоднем костюме Сабаки:
На ледяной планете №6 в системе «UV», межгалактический преступник Риддик (Вин Дизель)* только что покончил с некромонгерами и, сидя на вершине трупов, проткнув крышечку из фольги, пил кефир из стеклянной бутылки. Как, с жутким свистом, внизу воткнулось в лёд нечто (Nothing).
Спустившись на фуникулёре с горы трупов, фурианец выдернул тушку из плена.
— Это не я!!! Это Говард Уткин!!! – завопило нечто, потирая обмороженные уши.
Риддик ёбнул им абасвальт.
— Я Хуй-Ло!!! Хуй-Ло. Слышишь?
— Mr. PUTIN? – Перевернул уёбище Риддик.
— Хуй-Ло, я. Мэйд ин Чина. Мао Дзе Дун, но пасаран!
ВинДизель не понимал по-китайски и по-русски, но прапутена слышал, что тот один из самых богатейших людей мира. А это был шанс построить совершенно-моднейший космолёт и скрыться в недрах других бескрайних галактик.
— Чё, дурак, штоли? – Китаец покрутил у виска пальцем. – Я китайская подделка, двойник. Я на Пуя даже не похож. Меня сам Сталин пиздил за это, а Уткин в космос запиздячил.
— А настоящее Хуйло где?
— Ну, где, где. Там. В новосибирском зоопарке. С юристом своим. Петровичем. Совсем историю не знаешь, бедолага.
— Идея. – Почесал лысую голову огромный фурианец. – Летим в Новосибирск. Я тебя меняю на живого Пуя, потом обратно. Как, тебя не должно тревожить. Потом – свободен.
— У меня есть выбор?
— Два. – Показал три пальца Риддик.
— А третий?
— Что третий?
— Выбор. Ты три пальца показал.
— Средний не сгибаецо.
— А как мы до Новосибирска доберёмся? – Хуй-Ло оглядел ледяные ландшафты планеты №6.
— На ракете до Земли, потом на автобусе или попутках.
— На какие шыши, ты же космический скиталец?
— Ща на планете ночь, ты с Пуем одно литцо, снимем в банкомате денег. Он не различит. А корабль от некромонгеров остался. Заправимся на газпромовской заправке и в путь.
Деньги сняли лишь с третьего, последнего раза. Сбербанк и ВТБ Хуй-Лу отказали. Выдал какой-то офшорный Буркина-Фасо банк, принадлежащий, видимо, самому пую. А вот на газпромовской заправке царило разочарование и разорение. Всё было покрыто льдом.
— И как мы теперь? – заглянул китаец в чёрные очки Риддика.
— Откуда я знаю. – Фурианец допил последнюю бутылку кефира. – Пошли спать. Утро вечера мудренее.
— А когда здесь наступит утро?
Риддик обслюнявил палец и поднял над головой.
— Да хуй знает. Я здесь впервые.
Вернувшись в космолёт, они завалились спать.
*
И с ним Сабянин недалёк,
Я всё давно уже исправил,
Татарцев выеб и отмог.
Русь ничего не задолжала,
Мной отработано на всё,
Какие ноги! Словно мачты!
Какое сладкое нутро.
Мальчишкой я по мачтам лазил,
Держа в руках российский флаг,
Мне скажут здесь: Ты ебанутый.
А я отвечу: Ну, вот так.
***
Я на любую бабу сразу,
Пусть не стоит, но взгромоздюсь,
И развевая лихо флагом,
На демонстрации пройдусь. )))
Ваще выперло между поздней поздравлялкой многоуважаемой КИС и рассказом о митинге в Чечне в fb. одновременно. Из ниаткуда. Ааа, нет, пижжу. Прапапугайчика перед этим было высоко перед сном снизошедши строка, осталось лишь другие буквы прилепить. С другой стороны мне произведение определенно нравится раскрытием … задумался … широкой палитрой истории, конфессий, фауны и йолки, в жизни – пихты, когда она стоит дома в стакане и в неё ежедневно льют и льют воду, и она стоит и стоит, и по вечерам мигает гирляндами, создавая праздник до 1 мая. Сменяясь потом на лозунги жены: Где деньги?
Где, где? В колоколах и паровозах.
))))